Уже который час мне было весело. Обсуждение с комиссией закончилось. После того, как мы вновь вышли на онтологию, была ещё пара попыток увести спор в сторону, но я стояла на своём. И вот, чтобы каждый мог подготовить новый раунд аргументации, мы решили взять перерыв до завтра.

Но новая аргументация нужна им. Уверена: я могу повторять свои основные аргументы раз за разом, поскольку нельзя добыть новой информации из реальности, не переходя к онтологческим вопросам. А как только комиссия начнёт заниматься онтологией — комиссия согласится со мной.

И потому мы просто решили прогуляться с Тамарой по городу. Столица, несмотря на редкие вспышки заклинаний об защитный купол, казалось, не ощутила войны. Она отличалась от городка около Академии так же, как аппаратура в институте Говарда Стерка отличалась от моих рисунков на уроках по магсистемам. Каждая вещь здесь была интересной, всё дышало магией и отовсюду сквозила личность людей, живших и работавших в этих домах. Плитка мостовой, несмотря на включенные щиты, всё ещё иногда взлетала и перекладывалась в новые узоры. Окна и двери домов мерцали от дополнительных защит. Щит, питаемый от домовой батареи, у которого будет шанс сработать только если мегалозаклинание пробьёт щиты, удерживаемые всей энергосистемой Столицы. Иллюзия безопасности. Желание ощутить хоть какой-то контроль.

С другой стороны, люди ходили толпами. Никто не боялся, не жался к стенам. Шумные компании сновали из бара в бар. Ящики доставки продолжали свой бесконечный полёт, связывая покупателей и продавцов. Оправившись от первого удара, город вернулся к мирной жизни.

За очередным поворотом нам предстала вывеска странного заведения. В череде бесчисленных кофеен, баров, ресторанов, магазинов, спа-салонов, музеев и галерей — иными словами, среди совершенно понятных мест, нечто с названием “Эмоциональный хроноретрит Викторовича”. При этом вывеска была слишком большой, чтобы это было заведением “для своих”. Гигантские винтажные буквы в прямом смысле занимали полстены дома. Эмоциональный хроноретрит прямо таки кричал о том, что находится здесь и ждёт, что вы зайдёте.

— Таника… Давай зайдём?

Я даже вздрогнула — столь неожиданным было предложение молчавшей прежде Тамары.

— Я слышала про это место. — начала объяснять она. — Там позволяют пережить приятные эмоции и отпустить негатив. У владельца есть какая-то авторская магическая методика, которой он ни с кем не делится. Я подумала, может…

— … может он тоже владеет Мнимой Моделью?

— Ага.

На том и порешили. 

“Эмоциональный хроноретрит Викторовича” начинался длинным коридором, стены которого были выкрашены в тёмно-бурый, с медными прожилками труб и рунической вязью. Примерно каждые три метра по обе стороны были двери — большие, тяжёлые, с большим вентилем на каждой. В глубине, в конце коридора виднелся общий зал со столами — однако полумрак и странный туман скрывали подробности. 

— Добрый день!

Девушка возникла словно из пустоты. Она была одета под стать заявлению: в длинное платье тёмно-коричневого оттенка с золотым шитьём. На груди было вышито “Алика. Старший специалист”. Под именем красовались буквы “ЭХВ” — видимо, это платье считалось местной униформой.

— Вы бронировали зал? — уточнила она. Мы синхронно помотали головами, на что девушка кивнула и быстро пролистала блокнот. Откуда она только успела его достать?

— К сожалению, сейчас все залы заняты. Ближайший освободится через пятнадцать минут. Согласитесь подождать?

— Подождать чего? — уточнила я.

— Вы у нас впервые? — вдруг осенило сотрудницу. — Простите за мою бестактность! Что вам известно о Эмоциональном Хроноретрите Викторовича?

— Ничего. — ответила я, взглядом прося Тамару не отвечать. Простое правило: если куда-то пришла группа, и группу спрашивают “Что вы знаете о…?”, нужно ориентироваться на наименнее осведомлённого члена группы.

— Ох! Тогда прошу, я вам всё расскажу. Однако — Алика окинула нас оценивающим взглядом. — Уточню заранее: наши услуги стоят пятьдесят тысяч в минимальной комплектации. Снова простите за мою бестактность, но люди вашего возраста редко могут себе позволить такое.

Я умоляюще посмотрела на Тамару. 

Она перевела взгляд на меня, позволяя поймать её состояние и подключиться.

— Это много? — уточнила я телепатически.

— Для тебя — нет. У тебя же зарплата огромная. А так да, в сотню раз дороже чем обед у Милль.

— У меня есть зарплата?

— Ты не знала, что у тебя есть зарплата!?

— От Тамары повеяло шоком, смешанным с восхищением.

— Откуда бы мне?

— Ты исследовательница в Институте Говарда Стерка! Даже мне, как испытуемой, платят!

— Ла-адно. И сколько я получаю?

— Четыреста девяносто в месяц

— Эта штука стоит как десятая часть моей месячной зарплаты?

— Которой ты всё равно не пользуешься.

Я обернулась к девушке, терпеливо ожидавшей нашего ответа.

— Да, конечно. У нас есть деньги. 

Алика провела нас в зал в конце коридора. Там действительно было несколько столиков, окружённых обитыми глянцевой чёрной кожей креслами. В одном углу зала располагалась барная стойка, светившаяся зелёным от множества лавовых ламп. Костюм бармена напоминал костюм Алики — только с брюками. Лицо бармена было закрыто чёрной маской со спокойным выраженим лица.

В другом углу располагалась рецепция, перед которой стоял самый большой в зале стол: вокруг него стояло сразу восемь кресел. Наша провожатая пригласила нас сесть, а сама, взяв со стойки какие-то бумаги, встала напротив. 

— Итак, я расскажу вам о заведении, а после — задам несколько важных вопросов, чтобы сделать ваше времяпрепровождение здесь максимально комфортным и полезным. 

Не дожидаясь нашего согласия, она продолжила.

— Эмоциональный хроноретрит — это новаторская концепция, за которую Виктор, наш создатель, получил право передать своё имя в качестве фамилии потомкам. Сейчас всем управляет его сын, с которым вы вряд-ли встретитесь, однако сам факт.

Алика помолчала, чтобы мы осознали факт. Мы не осознали факта. 

— Насколько мне известно, это единственный случай получения права ношения фамилии за разработки в области услуг. Так или иначе: суть эмоционального хроноретрита в повторном проживании эмоций, которые вам хотелось бы пережить. Мы достигаем этого эффекта за счёт замедления времени — потому и “Хроно”. Когда время в зале замедляется, ваши органы восприятия перестают получать информацию, но ваш разум остаётся активен. Вы словно спите наяву, словно пребываете в бесконечной пустоте без времени и пространства. Многие отмечают, что несколько сеансов хроноретрита помогает им справиться со стрессом, жизненными трудностями, переживаниями или излишней тревогой. Другие говорят что процедура сильно расслабляет телесно — в особенности если выбрать зал с ванной или с левитационным костюмом. Теперь к вопросам. Скажите, пожалуйста, вы одарены магически?

Я кивнула. Алика посмотрела на Тамару.

— Э…

Щёки Тамары залились краской. Отметив про себя, что даже тот факт, что она задумалась над тем, что не стоит сразу говорить “Да”, ведь этот вопрос может означать способности к Стандартной Модели, впечатлял. Ещё месяц назад Тамара убила бы того, кто попробовал усомниться в том, что она магичка.

— Моя наставница — особый случай. Она одарена исключительно магией, позволяющей влиять на чувства и эмоции людей. Именно из за показавшейся нам схожести вашего заведения и её дара, мы решили попробовать ваши услуги.

Алика с готовностью кивнула, словно одарённые Мнимой Моделью заходили к ней каждый день. 

— В таком случае, полагаю, лучшими выборами для вас будут залы с седьмого по одиннадцатый. Позвольте я расскажу об их особенностях.

И вновь она не стала ждать, пока мы позволим или не-позволим ей сделать это.

— В седьмом зале есть большая купель, воду в которой мы поддерживаем в строгом соответствии с температурой ваших тел. Замедление времени в этом зале самое маленькое из всех. Если вы у нас впервые, то стоит начать с малых интенсивностей. Взамен, чувство бесконечности пространства достигается удержанием вас на плаву в толще тёплой воды, границу которой вы не можете ощутить.

— Нам надо будет вместе принимать ванную? — уточнила Тамара. — В смысле… ну… 

А ведь она только-только перестала краснеть! И вот опять.

— Да. Впрочем, практически все залы хроноретрита предполагают, что вы будете обнажены. Исключениями являются залы высокого замедления и залы с левитационными костюмами. С другой стороны, в зале будет абсолютно темно, и вы не будете касаться друг друга. У нас даже есть специальные руны, чтобы вы не могли коснуться друг друга. Возможно, достаточно сильный маг сможет преодолеть их, но пока такого не случалось.

— А что в других залах? — попробовала перевести внимание я.

— Восьмой зал оборудован системой ароматизации. В залах низкого замедления вы всё ещё будете ощущать некоторые запахи, и если есть запах, который вызывает у вас особенно яркие эмоции — либо те, которые вы хотели бы пережить ещё раз — мы могли бы использовать его. 

Я покачала головой. Никаких запахов на ум не шло. Вообще, я не то что бы сильно обращала внимания на запахи, окружавшие меня. Не воняет — и ладно. 

— Девятый и десятый — классические залы. Там просто кресла… ну, и всё по сути. Декораций нет. Да и смысла в декорациях нет. В одиннадцатом левитационный костюм, чтобы вы действительно могли взлететь. 

Мы остановились на девятом. Хроноретритному залу предшествовала небольшая комнатка где можно было раздеться и оставить вещи. Практически кожей чувствуя волны смущения, идущие от Тамары, я разделась первой и прошла из прихожей в зал для хроноретрита раньше, чем Тамара расстегнула первую пуговицу. 

Зал для хроноретрита был очень простым — особенно если сравнивать с лобби или коридором. Стены, выкрашенные всё той же коричневой краской. Большие кресла с вельветовой обивкой, стоящие по кругу, так, что посетители сидели спиной к центру комнаты. Светящиеся руны в стенах. Вот, собственно, и всё. 

На креслах лежали дыхательные маски. Алика предупредила нас, что их снимать нельзя — иначе дыхание в замедленном времени будет невозможным. Я нацепила свою, уселась в кресло и принялась ждать Тамару.

У неё ушло целых десять минут. Приняв решение не терзать её смущение дальше, я не стала пялиться — просто обернулась на секунду, оценив общие пропорции. Без одежды Тамара казалась ещё меньше, и какой-то… хрупкой что ли? Очень стройной, возможно даже излишне стройной. Словно в её ключицы можно было налить воды и пустить туда живых рыбок. 

Время вокруг начало замедляться. Выглядело это так, словно все модальности мира понемногу затихают. Звуки становились тише. Свет становился тусклее. Запахи почти не ощущались. Выданные нам дыхательные маски подавали чистый воздух той же температуры, что было моё тело.

Граница между моим телом и окружающим миром растворялась. Прежде постоянно ощущаемая как дуновение ветра, прикосновение одежды или перепад температур, она просто пропала, не подтверждаемая ничем. 

Я чувствовала себя точкой в пустоте — и одновременно всем миром. Это успокаивало. Умиротворяло. Мне хотелось, чтобы даже эта точка на мгновение погасла.

И я уже готова была уснуть, когда меня охватила паника.

Обрушившаяся на меня волна эмоций могла быть только от Тамары. С ней что-то происходило. Я должна была зажечь свет. Или ещё как-то подать сигнал тревоги. Насколько приятной было чувствовать размытие границы тела в замедленном времени — настолько же отвратительно медленной, вязкой была реальность вокруг, когда мне нужно было двигаться. Я словно плыла в густом киселе — и это считалось “слабым” замедленем? В сильном замедлении двигаться что, вообще невозможно?

Я окутала телекинезом воздух вокруг себя и с силой дёрнула его вперёд. Да. Так было легче. Стоило мне разогнаться — и глаза получили достаточно света, чтобы я увидела комнату вокруг. Я влетела плечом в дверь, в надежде, что снаружи раздатся грохот.

Всё это время паника не прекращалась.

Время разжалось. Я снова могла двигаться. Снова могла слышать и видеть. Я сорвала магическую дыхательную маску и вдохнула наполненный ароматами воздух.

Тамару трясло. Я кинулась к ней, стараясь на бегу настроиться на её эмоции. Она паникует, боится, но что ещё?

Связь не хотела образовываться. Я перебирала чувства, пока наконец…

Нашла! Это было восхищение — как бы странно это не звучало. Ужас, смешанный с восхищением, и вот поток мыслей Тамары зазвучал в моей голове.

“Всё хорошо!”

Я постаралась переполнить её разум этой фразой. Эмоции не стихали. Тамара выдавала мне рваные образы, в которых были Катания, Митрани, Микава. Они мелькали в разных локациях. Присутствовала там и сама Тамара — почему-то раздетая. Звенел хохот.

О, Тамара…

Как долго ты страдала тогда.

Мне стало совершенно ясно, как я должна поступить. Всё, что я сделала, казалось таким логичным и правильным, словно я поступала так уже тысячи и тысячи раз. 

Я впитала каждую эмоцию. Каждую мысль Тамары я пропустила через свой разум, вернув ей в изменённом, облегчённом, безопасном виде. Её тело перестало трястись, но мысли…

Поток её мыслей хлынул в мою голову с новой силой. Связь Мнимой Модели, прежде напоминавшая тонкую струю, превратилась в океан переживаний.

Я увидела мир её глазами. Не метафорически — я в прямом смысле видела то, что видела она: саму себя, смотрящую на… меня? На тело Тамары?

Было сложно успевать рефлексировать это, и уж тем более подбирать слова.

И я ответила. Я направила ей свои мысли. Не преобразованные версии её мыслей, а собственные. Отдала то, что чувствовала я. То, что видела я. Свои прошлые обиды, свою злость, своё переживание. Я наблюдала, как эти мысли преобразовываются разумом Тамары, слегка искажаются, меняют цвет и настроение. Как они возвращаются ко мне и…

Я рефлексировала это, как рефлексирую своё мышление.

Это было так… правильно. Это было хорошо как кулинария Милль, как поцелуи Кунея, как тот день, когда я победила Митрани. Я поправила волосы, ощутив, как струятся между пальцев длинные локоны. Как короткие прядки моего каре закончились. Рука скользнула к груди, ощущая под пальцами упругую мягкость и кости ребра.

Тамара и Таника синхронно двигались, ощупывая тело. Я видела каждую из них — глазами другой. Корректно ли мне говорить о них как о них, если это я?

Дверь комнаты распахнулась, и на пороге возникла взмыленная Алика. Я смотрела на неё с двух ракурсов одновременно, забавляясь тем, какой реальной она казалась. Словно я всю жизнь смотрела на нарисованный плоский мир и мне впервые показали объём. 

Я… пока не очень понимала, как мне стоит рефлексивно мыслить мои отдельные тела, но тело, что прежде принадлежало Тамаре, встало. Тело, что прежде принадлежало Танике, сказало что всё в порядке. 

Прежде я думала, что достаточно связанные разумы будут всё ещё говорить о себе “Мы”. Однако это оказалось не так. Чем сильнее распадались остатки границы между сознаниями, тем тяжелее мне было сказать, какая мысль тут из разума прежней Тамары, а какая — из разума прежней Таники. 

Все эти мысли были моими. Это была я. 

Просто… распределённая?

__________________________
Если вам нравится, что я делаю, можете подписаться на telegram. Так наши пути не разойдутся.
https://t.me/sveinayafeechka

Если вы дочитали до этого момента, наверное, вам действительно нравится это. Может быть, вы захотите поддержать меня на Boosty?
https://boosty.to/sveinayafeechka